Песни на конкурс семей

Закрыть ... [X]


Рубрики статей:




Главная > Группы > Конкурсы > Конкурс: традиции моей семьи >

Традиции нашей семьи? Юмор, музыка, песни, любовь… Когда узнала о конкурсе, подумала, что я не смогу описать ВСЕХ традиций нашей большой семьи. Статья получится бессвязной и разношерстной, я просто буду захлебываться в воспоминаниях о своей семье, событиях, которые у нас произошли, о том, что мы любим, как живем, какие традиции у нас – норма жизни. Сначала отложила написание статьи, но, внутренне поблагодарив создателей конкурса за ту бурю чувств, которая возникла в душе при ОГЛАШЕНИИ этой ТЕМЫ, все же уселась за компьютер. Я собралась с мыслями и поняла, что описать мне нужно хотя бы несколько случаев из нашей повседневной жизни. И тогда читатели смогут понять по этим немногим вехам – что за «чудо-юдо» моя семья и мои родные люди.

ВСЕ ШУТИМ…Шутить по поводу и без, над собой, над ситуацией, над другом и недругом, иронично и просто весело в нашей семье любят все. Юмор спасает нашу семью, вытягивает ее из тяжелых времен, дает возможность просто радоваться жизни и помогает вот уже нескольким поколениям нашей большой семьи. Из любых ссор, волнений и склок мы выходим быстро, потому что у нас в запасе есть «Шутка Юмора» для каждого конкретного случая. Вот лишь несколько сюжетов (а их, сами понимаете, накопилось за столетие намного больше…), которые подтверждают, что с нами не соскучишься.


Украинка прабабушка Настя дает приличную сумму своей дочери Ольге, чтобы та положила ее на «похоронну» сберкнижку. Бабуля всю жизнь, сколько помню ее, собирала себе на похороны, а прожила, надо сказать, слава Богу, долгую и хорошую жизнь. Дочка Ольга решила, что ей эти денежки намного нужнее и на них в сей же секунд «купляла соби трумо» - красивый трельяж красного дерева, на который позвала полюбоваться молодую еще тогда мою маму. Так как бегали от своих домов до бабушкиного все родственники в день раз по десять, моя мама после «дывления на трумо» тут же побежала «погостить» к любимой бабуле. Бабуля, старой закалки такой женщина, всегда поджидала возможных гостей у ворот своего большого дома, скрестив руки на груди. Увидела внучку, разулыбалась, приветила, усадила за стол: «Ну, кажи, где была, шо бачила, шо робыла?»
Маманька, жуя свежую булку с маслом, возьми да скажи: «Та ничЁго не робыла, у тетки Ольги была. Трумо бачила». Бабулька напряглась, почуяв неладное и быстро сопоставив своим острым умом, что дело тут нечисто. Сегодня деньги были даны и сегодня же «трумо» появилось. «Яко тако трумо?» - быстро проговорила, прищурившись.
В этот момент, чуя кошка, чье мясо съела, бежит снова к своей маманьке тетка Ольга. Бабуля грозно также стоит у ворот, гневно сверкает глазами, готовая к расправе. Та еще не подошла, бабулька издалека ей кричит (не вынесла душа поэта): «Кайся! БИсова дочкА! На похороны трумо купляла?» Ольга, и не думая отпираться, смиренно опускает долу голову, типа раскаялась: «На ваши, мамо, каюсь…». Бабулька всплескивает руками, начинает стенать. Тетка Ольга, спокойно глядя на вопли бабули, говорит: «Мамо, не вопите на улице. Це ж люди кругом! Дайте-ка лучше пожрать…» А тетка Ольга, надо сказать, очень любила покушать и аппетитом отличалась отменным. Бабуля наливает той плошку борща, Ольга с аппетитом принимается за еду, а бабулька стоит над ней и грустит по ушедшим деньгам: «Ой-ёй… Вот была я у позапришлый вторник у подружки на похоронах. Лежит, як невеста, в гробу уся чисто в цветах… Ведь помру, вы нычЕго нэ сробитэ, нычЕго нэ нАйдэтэ…» Ольга, как всегда спокойная, как танк, также хлебая борщец, говорит фразу, ставшую у нас потом крылатой: «Мамо! Все сробымо! Все найдемо! Только помрыте…» Бабулька только и сплюнула в сердцах…


Родной дед мой - великий шутник. Он, слава богу, и сейчас жив, только живем далеко друг от друга и редко видимся. Но, думаю, и сейчас он все еще не дает скучать своей второй семье.
Как-то привел меня в гости к другу к другу-осетину. Перед тем, как зайти к тому в квартиру, шепчет мне: «Ты ничего не хвали у него дома, а похвали саблю турецкую. Такая длинная будет висеть на ковре. Он ее так любит, и очень ему нравится, когда эту саблю хвалят.»
Ну почему не сделать человеку приятное? Осетин радушно нас встретил, взялся водить по всему дому, хвастался коврами самоткаными, красивыми глиняными кувшинами, украшениями из бисера. Я молчу, как рыба об лед, как и просил дед и жду, когда можно будет «похвалить саблю» и идти пить чай с восточными сладостями, которые я обожала. Наконец, осетин подводит меня к двум саблям, висящим крест-накрест на ковре. Сабли были внушительного размера, с массивной рукояткой и слабо поблескивали во мраке комнаты. Сабли, разумеется, как сабли, но я применила весь свой артистизм и рассыпалась в похвалах. Осетин грустно слушал мои «похвалы», а потом, дождавшись в моей речи «СТОПа», махнул рукой и выдохнул: «Бери!» «Кого?» - не поняла я. «Саблю бери…» Я была в шоке: «Да не надо мне... Спасибо большое… Это ж я так…» Но тот был неумолим: «Тебе у меня только сабли понравились. Не могу отпускать гостя без подарка. Не возьмешь саблю – обижусь…»
Стоит ли говорить о том, как я, девочка в белом платьице, шлепала по жаркой улице с длинной саблей в руке, завернутой в газету, но упорно высовывающейся из нее? Дед перебегал на другую сторону улицы, говорил прохожим, не знают ли они эту девушку, кажется, «она откуда-то сбежала», хохотал, когда я говорила, чтобы он подошел ко мне и шел рядом, пояснял, что ему неловко рядом со мной идти, уж больно странно я выгляжу с этой саблей. И прочее и прочее. Веселился, в общем, от души. Саблю мы отдали все-таки потом осетину в обмен на бисерное украшение, сделанное его женой. Дед рассказал, что это была «шутка юмора». Зато говорит, я так давно не хохотал, заодно и друга проверил, не жадюга ли он. Оказалось, что нет, хороший щедрый друг.


Дед любил рыбачить, охотиться, собирать ягоды и грибы, он вообще жить умел и радовался каждому новому дню, заодно ища себе в нем приключения. Вот и в этот раз они толпой друзей поехали под Ташкент на «сайгака». Кто-нибудь пробовал мясо сайгака? Нет? М-м-м… Я – внучка деда-охотника, конечно, пробовала. Мясо нежное, розовое, вкуснейшее.
А в тот раз с ними, давними друзьями, были и новые люди. Вот они ночью идут по песчаной равнине, делают переход. И тут стали подвывать шакалы. Дед часто бывал в таких местах, поэтому на их неприятное подвывание (а оно и правда неприятное, прямо мороз по коже, будто женщина плачет, или кто-то хохочет в ночи…) никак не среагировал, зато один из «новичков», шедший в самом конце всей колонны ходоков, прямо-таки позеленел от страха.
- Что это? – шепчет.
- Шакал. Не слышал что ли? - отвечает дед.
- Нет, а кто это???
И тут дед понял, что наметилась новая жертва для розыгрыша. Не знает, что такое шакал? Сейчас быстренько объясним.
- Понимаешь, - начал дед, - шакал, это такой огромный зверь. Злющий-презлющий. Больше волка, матерый такой (у «новичка» глаза расширяются). Он вроде людоеда. Питается живыми людьми. В основном нападает на тех, кто самый последний идет, отбивает его от людей и жертву уволакивает подальше от них. И там… ну сам понимаешь…
Тишина. Идут дальше. Мужики тихо про себя смеются. «Новичок» быстро перебегает и встает в самом начале всей вереницы охотников. Некоторое время идут молча, видно, что «новичок» отходит, успокаивается вроде. Шакалы так и воют. Дед не угоманивается. Продолжает свое повествование:
- А вот есть среди этих шакалов вожак такой. Самый огромный и самый зубастый. Так он в основном охотится на тех, кто идет самым первым, на таких же вожаков, в общем, как он…
Короче, пока не допек бедного «новичка» перебежками по всем «безопасным» местам вереницы и пока уже все мужики не взорвались от хохота дружно, дед не успокоился… Зато потом, после всего пережитого, этот самый «новичок» был лучшим другом деда и продружили они еще очень много лет.


Дед мой любил пошутить и над своими родственничками, например, над своим тугодумцем, маленьким еще тогда, сыном Олегом. Идет с работы, а в день зарплаты набирает гору подарков близким. Олегу – полный пакет пряников и кулек конфет шоколадных. Олег, гонявший в этот момент по улице, увидев отца, груженого «сюрпризами», летит к нему навстречу и увивается вокруг. Говорил Олег плохо и мало даже в пять лет, поэтому старался жестами и мимикой показать отцу, как ему вожделенны его свертки. Дед делает строгое лицо и сердито смотрит на Олега: «Мальчик, отойди. Ты кто такой?» и шагает дальше. Олег офигевает. Чуть тормозит, пытается понять, потом делает еще одну попытку, показать «ху из ху». Дед уже ухохотавшись про себя, все равно строит серьезную мину: «Мальчик, я тебя не знаю. Ты кто такой? Почему ко мне пристаешь? Не видишь разве, меня ждет мой сын, Олежик. Я ему несу подарки, а ты мне мешаешь идти…» И тут Олег, перекрыв своему отцу дорогу, упрямо становится на его пути, выкидывает пухлую ручонку вперед, гулко ударяет себя в грудь и говорит: «А ты что? Не видишь что ли? Это же я! Олетка Итенко гулять вышел!» И, всхлипнув, грустно идет снова к песочнице.


Тот же «плохоговорящий» когда-то Олег вырастает и принимает достойно вахту своего папашки-шутника. Его любят все друзья, без него не справляется ни один праздник и ни одна вечеринка не обходится. Балагур, шутник, душа всякого общества…
Переговаривается как-то со своей мамой, моей бабушкой. Та купила ему хорошую красивую рубашку и просит примерить ее:
- Мать, можно я сегодня в ней пойду на свидание с подругой?
- Нельзя!
- Почему «нельзя»-то?
Бабуля понимая, что новые вещи надо беречь и нечего их трепать лишний раз, резонно замечает:
- А если бы у тебя этой рубашки не было?
Олег удивляется:
- Как это «не было»? Она же есть!
- А ты представь, что у тебя ее еще нет и иди себе в старенькой на свое свидание. Если тебя полюбит девушка, так и в старой рубашке полюбит.
Бабулька, довольная удачной «придумкой», и что рубашка осталась цела, пошлепала на кухню. А Олег «запомнил» и через пару дней не преминул «отомстить». К нам в те времена, может, кто помнит, за мусором приезжал грузовик. Еще издалека тетка-мусорщица звонила в большой колокольчик и все жители домов сбегались к этой машине со своими ведрами и мешками. Ужасно неудобная штука, помнится, была эта мусорная машина. Всегда был риск опоздать к ее приезду и тащиться с этим мусором назад. Бабуля, заслышав «тревожный колокол» летит в зал к сыночку за помощью:
- Сынок, беги быстрей. Хватай ведра. Мусорка вон подъезжает.
Олег, не двигаясь с дивана и глядя в газетку:
- Мать, а если бы у тебя сына не было…?
На этот раз настала очередь удивляться бабушке (она ж про давешний диалог свой с сыном уже и забыла):
- Как это не было?
- Ну так… Если б не было, кто бы с мусором побежал?
- Ну как же не было, если ты есть. Вот он же ты?
- А рубашки же тоже могло не быть и пошел я себе на свидание в старой. И ты выкрутись как-нибудь…
До бабульки «дошло» и она разулыбалась.
С мусором он, конечно, тогда сбегал, но нас всех повеселил изрядно. Бабулино лицо надо было видеть, когда ее «поймали».


Олежка тот же, только уже повзрослевший, остался все тем же прикольщиком. Рассказывает мне на днях, как он разыгрывает мужичков-коллег на работе. У них там есть некий пульт. Ну, один мужик спрашивает - мол, на какую кнопку нажимать, а то у меня не получается. Олег ему: "Это, мил человек, особая техника, так сказать, информационная технология нового поколения!". Мужичок присмирел. Олег продолжает экскурс: «Видишь ли, эта техника запрограммирована на голосовые позывные - подойди к ней и топни левой ногой. Так. Хорошо. Теперь правой, теперь двумя и резче топай, четче. Ну будто чечетку отбиваешь. Теперь в ладоши хлопни и вприсядку...» Наконец, мужик въехал, что Олег его разыгрывает.
А вообще никто на него не обижается. Все понимают, что юмор правит миром. И надо сказать, при всей Олежкиной шутливости, как командировки у них в бригаде «высвечиваются», все мужики норовят с Олегом поехать. С ним веселее.

«НЕНОРМАЛЬНОЕ» ГОСТЕПРИИМСТВО
Гостеприимством наша семья «страдает» ненормальным. Мало того, что мы норовим, как в «Демьяновой ухе» кормить всех и вся, кто нам на пути или в наш дом попался. Так мы еще и постоянно все «облеплены» гостями. То есть не мы гостим, а у нас гости. Невыводящиеся и не прекращающиеся. Мы принимаем всех! И во все времена года! Зашедших за солью, занесших квитанцию, друзей однокашников, подруг однокурсников… Иной раз мы настолько запутываемся в приемах всех желающих у нас погостить, что доходит дело до таких вот казусов. Один уже этот пример докажет вам, что наша семья «ненормально-гостеприимная».
Был такой случай. Я гостила у моей родной прабабушки (это уже у другой) в чудесной русской деревеньке. У бабули только что уехали очередные гости, и мы тихонько сидели себе на завалинке, отдыхая от «постгостевой» уборки. И тут стучат, да сильно так, в дубовые ворота. Бежим, открываем. На пороге чуть ли не толпа из пяти человек. С чемоданами и сумками дорожными (???). Одна из женщин кидается к бабушке с объятиями. Бабуля (счастливо и радушно):
- Здра-а-авствуйте, гости дорогие! Как мы рады! Какой праздник! Проходите! Что ж не сообщили-то о приезде? Мы бы встретили! Заходите, располагайтесь! Дед, топи баню, режь крола!
Новые гости шумно располагаются на вверенной им территории. Я стою удивленная, бубуля, вроде, не говорила, что ждет еще гостей. И тут она мне шепчет в ухо, тихонько, чтобы, не дай Бог, гости не услышали: «Внуча, внуча, пойди, выведай-ка, кто это такие, да как их звать А то я, к стыду своему, и не вспомню – это с какой же стороны родные приехали...»
Без комментариев!

РОЖДЕНЫ С МУЗЫКОЙ В ДУШЕ
Наша семья очень музыкальна. У кого нет слуха из родных (и то таких - единицы), те любят послушать. Все мы обожаем музыку. Многие из нашей семьи музыку сочиняют, владеют игрой на музыкальных инструментах, поют красивыми голосами. Поем часто и много. Тогда, когда собираемся на семейные вечеринки, и когда просто одиноким вьюжным зимним вечером хочется петь, аккомпанируя себе на фортепиано. Особый почет у нас отводится – народной песне. Украинской и русской. Знаем их множество, поем, раскладывая песню на голоса, мужские, женские, детские... Не любим, когда над песней смеются или рассматривают ее, как средство «погорланить и глотку подрать». Припоминаю случай, когда к нам, за традиционный семейный стол попала неизвестная гостья. Она, приняв на грудь стаканчик водочки, стала рассказывать, что очень любит «песни поорать» и тут же подтвердила это, не столько пением, сколько «выкрикиванием с места» без слуха и голоса: «Ой, цве-тет, ка-ли-на-в поле-у ручь-я!!!»
Бабушка – наша главная заводила в песнях, слушала-слушала и выдала: «Та не гаукай, як собака! Сыплет, як о землю горох! Дедо, заспеваемо…»
К песне в нашей семье подходят с душой. Иначе нельзя…

ТРОЕ В ЛОДКЕ, НЕ СЧИТАЯ СОБАКИ
Сегодня наша большая семья разбросана по всему миру. Родственники живут в Австралии и в Германии, в Италии и в Канаде, в Украине и Казахстане, в разных областях огромной России. Мы всегда рады встречам друг с другом, тепло и с любовью храним наши традиции и семейные альбомы.
Сейчас моя семья очень маленькая, по сравнению с той махиной, которой я принадлежу по кровным узам. Но это самое важное, что есть сегодня у меня. Нас трое «в лодке» - муж, я и сын. И еще наш любимый пес, породы немецкая овчарка. Хотите знать, какое самое главное достижение в нашей маленькой семье? Мы никогда не ссоримся, у нас всегда уютно, тепло и надежно. Из всех передряг мы выходим с улыбкой, подтрунивая и подшучивая друг над другом. Даже если возникли претензии, мы «выдаем» их друг другу не с перекошенным злобой и ненавистью лицом, а с очередным «приколом», безобидным «подтруниванием». Это самое безопасное оружие в семейных баталиях, поверьте. Проверено на себе. А еще мы просто уже много лет очень сильно любим друг друга и, наверное, это главная традиция, которая должна быть в каждой семье.
Всегда ваша Руфина Угрюмова



Рейтинг: +19


Отправить ссылку другу

Последние читатели:


Невидимка

Невидимка

Невидимка

Невидимка

Невидимка

0



Поделись с друзьями



Рекомендуем посмотреть ещё:



Традиции нашей семьи? Юмор, музыка, песни, любовь: Дневник Стих уже ноябрь

Песни на конкурс семей Песни на конкурс семей Песни на конкурс семей Песни на конкурс семей Песни на конкурс семей Песни на конкурс семей Песни на конкурс семей Песни на конкурс семей Песни на конкурс семей

ШОКИРУЮЩИЕ НОВОСТИ